Редьярд Киплинг. Свет погас - ПРЕДИСЛОВИЕ
45 >
- Ну уж нет, если только соскоблить умеючи, тогда это совсем незаметно.
Мейзи движением руки показала, как она это делает. На ее белой манжете
было пятно краски. Дик рассмеялся.
- Ты так и осталась неряхой.
- Уж кто бы говорил. Погляди лучше на собственную манжету.
- Да, разрази меня гром! Моя еще грязней. Похоже, что мы оба ничуть не
изменились. Впрочем, давай-ка вглядимся попристальней.
Он придирчиво оглядел Мейзи. Голубоватая мгла осеннего дня растекалась
меж деревьев Парка, и на ее фоне вырисовывались серое платье, черная
бархатная шляпка на черноволосой головке, твердо очерченный профиль.
- Нет, ты не изменилась. И до чего же это славно! А помнишь, как я
защемил твои волосы замочком сумки?
Мейзи кивнула, сверкнув глазками, и повернулась к Дику лицом.
- Обожди-ка, - сказал Дик, - что-то ты губки надула. Кто тебя обидел,
Мейзи?
- Никто, я сама виновата. Боюсь, что мне никогда не видать успеха, я
работаю не щадя сил, а все равно Ками говорит...
- "Continuez, mesdemoiselles. Continuez toujours, mes enfants"*. Ками
способен только тоску нагонять. Ну, ладно, Мейзи, ты уж на меня не сердись.
______________
* Продолжайте, барышни. Продолжайте неустанно, дети мои (фр.).
- Да, именно так он и говорит. А прошлым летом он сказал мне, что я
делаю успехи и в этом году он разрешит мне выставить мои картины.
- Но не здесь же?
- Конечно, нет. В Салоне.
- Высоко же ты хочешь взлететь.
- Я уже давно пытаюсь расправить крылья. А ты, Дик, где выставляешь
свои работы?
- Я не выставляю вовсе. Я их продаю.
- В каком же жанре ты работаешь?
- Неужто ты не слыхала? - Дик взглянул на нее с изумлением. Да возможно
ли такое? Он не знал, как бы поэффектней это преподнести. Они стояли
неподалеку от Мраморной арки. - Давай пройдемся по Оксфорд-стрит, и я тебе
кое-что покажу.
Кучка людей собралась перед витриной давно знакомого Дику магазинчика.
- Здесь продаются репродукции некоторых моих работ, - сказал он с плохо
скрываемым торжеством. - Вот как я рисую. Ну что, нравится?
Мейзи взглянула на изображение полевой батареи, которая стремительно
мчится в бой под ураганным огнем. Позади них, в толпе, стояли двое
артиллеристов.
- Они обрезали постромки у пристяжной, - сказал один другому. - Она вся
в мыле, зато остальные не подкачают. И вон тот ездовой правит получше тебя,
Том. Погляди-ка, до чего умно он сдерживает узду.
