34 >

как  рождественская елка,  -  при  фляге,  бинокле,  револьвере,  планшетке,
вещевом мешке,  в  окулярах и  бог весть в чем еще.  Он часто перебирал свое
добро и показывал,  как с ним надо обращаться, а сам, помнится, бездельничал
и лишь изредка списывал корреспонденции у Антилопы Нильгау. Правда ведь?
     - Славный старик Нильгау!  Он сейчас в  Лондоне и  растолстел еще пуще.
Обещал  зайти  ко  мне  нынче  вечером.  Я  прекрасно понимаю  смысл  твоего
сравнения.  Держался бы  ты  подальше от этих модисточек в  штанах.  Поделом
тебе, и, надеюсь, теперь уж ты возьмешься за ум.
     - Как бы  не  так.  Зато я  постиг,  что такое Искусство -  возвышенное
святое Искусство.
     - Стало быть,  ты  тут  без меня постиг великую премудрость.  И  что же
такое Искусство?
     - Надо  просто изображать то,  что  им  знакомо,  лиха  беда начало,  и
продолжать в том же духе.  - Дик повернул картину, обращенную к стене. - Вот
образец   подлинного  Искусства.   Репродукция  будет   помещена   в   одном
еженедельнике.   Я  назвал  картину  "Его  последний  выстрел".  Срисовал  с
давнишней своей акварельки, которую написал близ Эль-Магриба. Заманил к себе
одного  красавца  из  стрелкового полка,  посулил  ему  выпивку  и  малевал,
подмалевывал, размалевывал, пока не изобразил истового и неистового пропойцу
с багровой рожей,  шлем на затылке,  взгляд застыл от ужаса перед смертью, а
на  ноге,  повыше лодыжки,  кровавая рана.  Не  больно красив на  вид,  зато
геройский солдат и настоящий мужчина.
     - Опять, мой мальчик, ты скромничаешь!
     Дик рассмеялся.
     - Ну, это я только тебе признался. Ведь я сделал все, что можно сделать
такими  дрянными  красками.   А   заведующий  отделом  иллюстраций  в   этом
разнесчастном журнальчике сказал,  что подписчикам такое не понравится.  Мой
солдат очень  уж  свиреп,  и  груб,  и  разъярен -  будто  человек,  который
сражается за свою жизнь,  бывает кроток,  как ягненок. Желательно что-нибудь
более мирное,  и яркими красками.  Я мог бы много чего на это возразить,  но
больше смысла разговаривать с ослом, чем с заведующим отделом иллюстраций. Я
забрал назад свой "Последний выстрел".  И  вот полюбуйся!  Я  одел солдата в
красный мундир, новехонький, без единого пятнышка. И теперь это - Искусство.
Я  обул его в сапоги,  которые жирно наваксил,  -  обрати внимание,  как они
блестят.  Это -  тоже Искусство.  Я вычистил ему винтовку - ведь винтовки на
войне всегда тщательно вычищены,  -  этого тоже требует Искусство. Я надраил
его  шлем -  так непременно делают в  разгаре боевых действий,  и  без этого

Следующая

34 >