31 >

ласково увещевал:
     - Ну вот,  надеюсь, этот случай послужит вам хорошим уроком, и если вы,
когда  я  всерьез  примусь  за  работу,  вздумаете вчинить мне  какой-нибудь
дурацкий иск за угрозу оскорбления действием,  уж будьте уверены, я вас живо
отыщу и  отправлю прямиком на  тот  свет.  А  вам  и  без того жить осталось
недолго. Ступайте же! Имши вутсак - иди, куда велено!
     Бедняга ушел, спотыкаясь, как слепой. Дик глубоко вздохнул.
     - Уф!  Что за бессовестные людишки!  Бедный сиротинушка и шагу не успел
ступить,  как сразу же столкнулся с бандой мошенников и умышленным грабежом!
Вообрази только,  какая грязная душа  у  этого человека!  Все  ли  рисунки в
целости, Торп?
     - Да,  их  тут сто сорок семь штук ровным счетом.  Ну-с,  Дик,  скажу я
тебе, право слово, начал ты недурственно.
     - Он хотел встать мне поперек пути. Для него это всего несколько фунтов
прибыли,  а для меня целая жизнь. Не думаю, чтоб он осмелился вчинить иск. Я
совершенно бескорыстно дал  ему  ценнейшие медицинские советы касательно его
здоровья.  Правда,  при этом он испытал легкое волнение, но, в общем, дешево
отделался. А теперь взглянем на рисунки.
     Через  две  минуты  Дик  уже  лежал  на  полу  подле  раскрытой  папки,
самовлюбленно посмеивался,  перебирал рисунки и размышлял о том, какой ценой
они ему достались.  Когда уже вечерело, Торпенхау заглянул в дверь и увидел,
что Дик отплясывает у окна неистовую сарабанду.
     - Я сам не знал,  что работа моя так прекрасна,  Торп, - сказал Дик, не
переставая плясать.  -  Мои  рисунки  хороши!  Чертовски хороши!  Это  будет
сенсация!  Я  устрою выставку на  собственный риск!  А  этот  мошенник хотел
украсть их у  меня!  Знаешь,  теперь я жалею,  что в самом деле не набил ему
морду!
     - Ступай-ка на улицу,  - сказал Торпенхау, - ступай да помолись богу об
избавлении от  соблазна тщеславия,  хотя от этого соблазна тебе все равно не
избавиться до гробовой доски.  Принеси свое барахло из каморки, в которой ты
ютился, и мы постараемся навести в этом свинарнике мало-мальский порядок.
     - И тогда -  вот уж тогда,  -  сказал Дик,  все еще приплясывая,  -  мы
оберем египтян до нитки.


                                  Глава IV

                                    Волчонок, таясь, в чащобе залег,
                                       Когда дым от костра витал:
                                    Загрызть добычу хотел он и мог,
                                       И где мать с олененком дремлет, знал.
                                       Но вдруг луна пробилась сквозь дым,

Следующая

31 >