Редьярд Киплинг. Свет погас - ПРЕДИСЛОВИЕ
16 >
посылал бы зарисовки с театра военных действий?
- Мне не надобен. Зато, может, надобен моему агентству. Рисовать вы
способны сколько угодно, а особой выгоды, думается, не ищете, правда?
- Нет, до поры, до времени. Сперва хочу попытать счастья.
Торпенхау снова просмотрел рисунки и кивнул.
- Да, правда ваша, при первом же случае попытайте счастья.
И он во весь опор поскакал к городу, въехал туда через ворота Двух
Фрегатов, с грохотом промчался по булыжной мостовой в центр, откуда
телеграфировал своему агентству: "Нашел художника рисует хорошо и дешево
предложить ли сотрудничество будете получать иллюстрированный репортаж".
А юноша все сидел на бруствере, болтал ногами и тихонько твердил самому
себе:
- Я же знал, рано или поздно случай представится. Ей-ей, ежели только
выйду из этой переделки живым, они мне за все заплатят!
К вечеру Торпенхау уже мог порадовать своего нового приятеля вестью,
что Центрально-южное газетное агентство берет его на работу с испытательным
сроком в три месяца и с оплатой всех расходов до истечения означенного
срока.
- Да, кстати, а как ваша фамилия?
- Хелдар. И что же, агентство предоставляет мне полную свободу?
- Да ведь вас взяли по случаю. Вы должны еще оправдать этот выбор.
Держитесь за меня, мой вам совет. Я отправляюсь в глубь страны при войсковой
колонне и предлагаю вам всяческую помощь. Дайте мне какие-нибудь ваши
зарисовки, сделанные в здешних местах, я отошлю их по назначению.
Про себя он подумал: "Столь выгодная сделка Центрально-южному агентству
и во сне не снилась, а ведь я сам получаю сущие пустяки".
Так довелось Дику Хелдару после приобретения каких-то заморенных кляч и
различных переговоров финансового и политического свойства быть принятым в
"Новоявленное и почетное братство военных корреспондентов", члены коего все,
без исключения, обладают неотъемлемым правом работать, сколь хватит сил, и
получать за это, сколь волею Провидения и нанимателей им предначертано.
Кроме того, если новый собрат явит себя достойным оказанной ему чести, во
благовремении он обретет бойкость речи, пред которой не в силах устоять ни
мужчина, ни женщина, когда дело касается еды или ночлега, прозорливость
барышника, умение стряпать, здоровье и силу, как у быка, желудок, как у
страуса, и неисчерпаемую способность приспосабливаться к любым
обстоятельствам. Многим, однако, до конца дней не удается достигнуть столь
