95 >

равнине. Как могу я увезти тебя, как мне объяснить твое исчезновение, если я
спущу тебя  на землю  и дам тебе удрать в хлеба? Ведь за это меня посадят  в
тюрьму.  Имей терпение. Родился сахибом, век будешь сахибом. А когда станешь
мужчиной, кто знает, быть может, ты будешь благодарен Махбубу Али.
     -- Отвези  меня подальше от их часовых куда-нибудь, где я смогу снять с
себя это красное платье. Дай мне денег, и я поеду в Бенарес к своему ламе. Я
не хочу быть сахибом, вспомни, что я передал то послание.
     Жеребец  сделал  отчаянный  скачок. Махбуб Али опрометчиво вонзил ему в
бока  острые края  стремени.  (Он  был  не  из тех  щеголеватых  современных
барышников,  которые  носят английские  сапоги  со шпорами.) Ким понял,  что
Махбуб выдал себя, и сделал соответствующие выводы.
     -- Пустяковое дело. Тебе оно было поручено потому, что ты мог исполнить
его по  пути в  Бенарес. И я и сахиб  уже забыли об  этом. Я посылаю столько
писем и  сообщений людям,  которые наводят справки  о  лошадях, что  все они
перепутались у меня в голове. Кажется, дело касалось какой-то гнедой кобылы,
чью родословную хотел получить Питерс-сахиб?
     Ким сейчас  же заметил ловушку. Подтверди он, что дело касалось "гнедой
кобылы", Махбуб понял бы, по его готовности  принять поправку, что мальчик о
чем-то подозревает. Поэтому Ким возразил:
     --  Гнедая кобыла? Нет. Я  не путаю  своих поручений. Это  было  насчет
белого жеребца.
     --  Да, правильно.  Белый арабский  жеребец. Но ты  писал  мне о гнедой
кобыле.
     -- Кто будет говорить правду  писцу? -- ответил Ким, чувствуя, как руки
Махбуба прижались к его сердцу.
     -- Эй, Махбуб!  Эй, старый плут,  стойте! -- послышался голос. Какой-то
англичанин верхом на маленьком пони, обученном  для игры  в  поло,  подъехал
рысью.  -- Я  гнался  за  вами  чуть ли не от  самого города.  Кабулец у вас
резвый. Продадите, а?
     -- Скоро мне сюда приведут молодого конька. Небо создало его для тонкой
и трудной игры в поло. Ему нет равного. Он...
     -- Играет в  поло  и прислуживает за столом. Да. Знаем мы все это. Черт
возьми, что у вас такое в седле?
     -- Мальчик,  --  серьезно  ответил  Махбуб.  --  Его  поколотил  другой
мальчик. Отец его был когда-то белым  солдатом, участвовал  в большой войне.
Мальчик рос в городе Лахоре. Он играл с моими лошадьми, когда был еще совсем
маленьким. А теперь его, кажется, хотят сделать солдатом. На днях его поймал
полк, в котором служил его отец; этот полк пошел на войну на прошлой неделе.
Но не думаю, чтобы ему хотелось быть солдатом. Я взял его покататься. Скажи,

Следующая

95 >