86 >

     Друзей я помню старых,
     По голубым морям
     Мы плавали и опермент
     Сбывали дикарям.
     Миль тысяч десять к югу
     И тридцать лет назад.
     Им чужд был знатный Вальдес,
     Но я им был свой брат.
     Песня Диего Вальдеса

     Рано утром белые палатки исчезли, а Меверикцы  проселком направились  в
Амбалу. Им не пришлось  идти  мимо  вчерашнего  места отдыха.  Ким,  который
плелся рядом с обозной телегой, сопровождаемый замечаниями бойких солдатских
жен, чувствовал  себя не так уверенно, как  накануне. Он заметил, что за ним
зорко следили отец Виктор, с одной стороны, и мистер Бенет -- с другой.
     Незадолго до полудня колонна остановилась. Подъехал ординарец верхом на
верблюде и передал  полковнику письмо.  Полковник прочел его и сказал что-то
одному  из  майоров. Ким,  находившийся в  арьергарде,  за  полмили  услышал
докатившиеся  до него сквозь  густую завесу  пыли хриплые и радостные крики.
Кто-то хлопнул его по спине, крича:
     -- Скажи  нам, как  ты мог узнать об  этом, сатанинский детеныш?  Отец,
дорогой, постарайтесь заставить его признаться.
     Подъехал пони, и Кима подняли на седло к священнику.
     --  Ну, сын  мой, твое  вчерашнее предсказание  сбылось.  Нам приказано
завтра же выступить из Амбалы на фронт.
     -- Что это  такое? -- спросил Ким, ибо слова "фронт" и "выступать" были
ему непонятны.
     -- Мы идем на войну, как ты выразился.
     -- Конечно, вы идете на войну. Я так и говорил вчера вечером.
     -- Да, говорил, но, силы тьмы, как ты об этом узнал?
     Ким сверкнул глазами. Он  сжал  зубы, кивнул головой, давая понять, что
знает  нечто,  о чем  говорить  нельзя.  Капеллан ехал, окутанный  пылью,  а
рядовые, сержанты и младшие офицеры кивали друг другу, указывая на мальчика.
     Полковник, ехавший впереди колонны, с любопытством уставился на него.
     -- Должно быть, он слышал базарные толки, -- промолвил он, -- но даже в
этом  случае... -- он справился по  бумаге, которую держал в руках. --  Черт
возьми, ведь все было решено только двое суток назад.
     -- Что, в Индии много таких, как ты? --  спросил отец Виктор. -- Или ты
нечто вроде lusus naturae?
     -- А  теперь, когда  я вам  сказал, -- промолвил  мальчик,  -- вы  меня
отпустите к моему старику. Боюсь, что он умрет, если не останется с женщиной
из Кулу.
     -- Насколько я мог заметить, он не хуже тебя может позаботиться о себе.
Нет. Ты принес  нам счастье, и мы сделаем из тебя человека. Я подвезу тебя к
обозной телеге, а вечером ты придешь ко мне.

Следующая

86 >