Редьярд Киплинг. Ким - ГЛАВА IV
52 >
Фортуна отнюдь не дама;
Нет бабы распутней и злей.
Хитра, коварна, упряма, --
Попробуй справиться с ней!
Ты к ней, а она к другому;
Кивнешь -- норовит убежать;
Стань к ней спиной -- полетит за тобой!
Позовешь -- удирает опять!
Щедрость! Щедрость! Фортуна!
Даришь ты или нет, --
Стоит забыть Фортуну, --
Мчится Фортуна мне вслед!
Волшебные шапочки
Потом они, понизив голос, стали разговаривать между собой. Ким улегся
отдохнуть под деревом, но лама нетерпеливо потянул его за локоть.
-- Пойдем дальше. Моя Река не здесь.
-- Хай май! Неужели мы мало прошли? Не убежит наша Река, потерпи
немного, он нам подаст что-нибудь.
-- А это -- Друг Звезд, -- неожиданно проговорил старый солдат. -- Он
передал мне вчера эти новости. Ему было видение, что тот человек самолично
отдавал приказ начать войну.
-- Хм! -- произнес его сын глубоким грудным голосом. -- Он наслушался
базарных толков и пересказывает их.
Отец рассмеялся.
-- Но он, по крайней мере, не помчался ко мне за новым боевым конем и
бог знает, за каким количеством рупий. А что, полки твоих братьев тоже
получили приказ?
-- Не знаю. Я взял отпуск и спешно поехал к тебе на случай...
-- На случай, если они раньше тебя примчатся выпрашивать деньги! О, все
вы игроки и моты! Но ты еще ни разу не участвовал в конной атаке. Тут, и
правда, хороший конь понадобится. И еще хороший слуга и хороший пони для
похода. Подумаем, подумаем... -- он забарабанил пальцами по луке седла.
-- Здесь не место производить расчеты, отец. Едем к тебе.
-- По крайней мере, дай денег мальчику; у меня нет при себе ни одной
пайсы, а он принес благоприятные вести. Хо! Друг Всего Мира, война
начинается, как ты и предсказывал.
-- Да, война; я знаю, -- спокойно подтвердил Ким.
-- Что? -- произнес лама, перебирая четки; ему не терпелось продолжать
путь.
-- Мой учитель не тревожит звезд за плату. Мы принесли вести, будь
свидетель, мы принесли вести, а теперь уходим. -- Ким слегка согнул ладонь,
прижав ее к боку.
Сын старика, ворча что-то насчет нищих и фокусников, подбросил вверх
серебряную монету, сверкнувшую на солнце. Это была монета в четыре аны, и на
эти деньги можно было хорошо питаться в течение нескольких дней. Лама,
заметив блеск металла, забормотал монотонное благословение.
-- Иди своим путем, Друг Всего Мира, -- прогремел старый воин, погоняя
