31 >

пасется, где хочет, на самых зеленых наших полях!
     -- Подай только бабе старухину сказку, а  птице-ткачу листок и нитку --
и они наплетут всяких чудес,  -- сказал  сикх. -- Всех святых людей посещают
видения, а ученики, следуя святым, тоже выучиваются этому.
     --  Ведь  это  был  Красный Бык на зеленом поле?  -- повторил лама.  --
Возможно, что в какой-нибудь из прежних  жизней своих ты приобрел заслугу, и
Бык придет, чтобы вознаградить тебя.
     -- Нет, нет... это мне  просто сказку рассказали...  наверное, в шутку.
Но я буду искать Быка вокруг Амбалы,  а ты поищешь свою Реку и отдохнешь  от
стука поезда.
     --  Возможно,  Бык  знает, что  он послан указать  путь нам обоим, -- с
детской  надеждой  промолвил  лама.  Потом  он  обратился  к присутствующим,
указывая на Кима: -- Он только вчера  был послан мне.  Я думаю, что он не от
мира сего.
     -- Видала я много  нищих и святых, но такого  йоги с таким учеником еще
не видывала,-- сказала женщина.
     Муж ее  легонько  тронул пальцем свой лоб и  улыбнулся. Но,  когда лама
принялся за еду, все они стали предлагать ему лучшее, что у них было.
     В  конце концов  усталые, сонные  и запыленные, они  прибыли на  вокзал
города Амбалы.
     -- Мы приехали  сюда по делам  одной тяжбы, -- сказала жена земледельца
Киму. --  Мы остановимся у младшего  брата двоюродной сестры моего  мужа. Во
дворе  найдется  место для  тебя и твоего йоги.  А что, он... он благословит
меня?
     -- О, святой человек! Женщина с золотым сердцем хочет дать нам приют на
ночь.  Эта  южная страна --  страна милосердия. Вспомни, как  нам помогали с
самого утра. -- Лама, благословляя женщину, наклонил голову.
     -- Пускать в дом младшего брата моей двоюродной сестры всяких бродяг...
-- начал муж, вскидывая на плечо тяжелую бамбуковую дубинку.
     -- Младший брат твоей  двоюродной сестры до сих пор должен  двоюродному
брату моего  отца  часть денег,  истраченных  на  свадьбу  дочери, --  резко
сказала женщина. -- Пусть он  спишет  с этого долга стоимость их пропитания.
Йоги, наверно, будет просить милостыню.
     --  Еще  бы,  я  прошу  милостыню  вместо   него,  --  подтвердил  Ким,
стремившийся прежде всего найти ночлег для ламы, с тем чтобы самому отыскать
англичанина Махбуба Али и отделаться от родословной белого жеребца.
     --  А  теперь,  -- сказал он, когда лама  устроился во внутреннем дворе
зажиточного индуистского дома, позади военного поселка, -- я ненадолго уйду,
чтобы... чтобы...  купить  на  базаре  еды. Не  выходи  наружу, покуда  я не

Следующая

31 >