165 >

     Дай тому, кто не знаком
     С ремеслом,
     Меч швырнув, поймать его,
     Диск метнув, поднять его,
     Кость сломав, лечить ее,
     Кобру взяв, дразнить ее.
     В неумении своем
     Он порежется ножом,
     Он шагнет в змеиный ком,
     Он вкусит насмешек яд,
     А природный акробат
     Подчинит своим желаньям
     Все: пылинку, трость, орех;
     Прикует толпы вниманье
     Иль ее возбудит смех!
     "Но человек, который..." и т. д.
     "Песня жонглера"
     Ор. 15

     Ким  глубоко  вздохнул  и  поздравил себя.  Он  нащупал  никелированный
револьвер, лежащий за пазухой его серого халата; амулет висел у него на шее.
Чаша для сбора милостыни,  четки, ритуальный кинжал (мистер Ларган ничего не
забыл) -- все было у него под рукой, и, кроме того, аптечка, ящик с красками
и  компас, а  в истрепанном засунутом  за  кушак кошельке с узорами  из игол
дикобраза лежало его месячное жалованье. Даже цари не могли быть богаче его.
У  торговца-индуса он купил  себе  сластей  в  чашке  из листьев и  ел их  с
наслаждением, пока полицейский не согнал его со ступенек лестницы.
     За  этим последовала внезапная естественная реакция.  "Теперь я один...
совсем один, -- думал он. --  Во  всей Индии  нет человека такого одинокого,
как я. Если я сегодня умру, кто расскажет об этом... и кому? Если я останусь
жив и если бог милосерден, голова моя будет оценена, ибо я Сын Талисмана, --
я, Ким".
     Очень немногие белые люди, но многие азиаты способны забраться в своего
рода  лабиринт,  вновь  и  вновь  повторяя про себя свое  собственное имя  и
позволяя уму свободно  размышлять  о  том, что называется индивидуальностью.
Когда  человек  стареет,  способность  эта  обычно  исчезает,  но  пока  она
сохраняется,  --  может  проявиться в любой момент. "Кто такой Ким... Ким...
Ким?"
     Он  сел на  корточки  в углу шумной комнаты ожидания, и все посторонние
мысли покинули его. Руки его были  сложены на коленях,  а  зрачки сузились и
стали не больше булавочного острия. Он чувствовал, что через минуту... через
полсекунды...  решит сложнейшую загадку, но тут, как это  всегда бывает,  ум
его  со  стремительностью раненой  птицы упал  с высот, и,  проведя рукой по
глазам, Ким покачал головой.
     Длинноволосый  индуистский байраги  (подвижник),  только  что  купивший
билет,  остановился  перед  ним в этот  самый момент и  стал пристально  его
рассматривать.
     -- Я тоже  утратил это, -- сказал он  печально, -- это  одни из Ворот к
Пути, но вот уже много лет как они для меня закрыты.

Следующая

165 >