105 >

не может быть дураком.
     -- Да, и ты должен научиться видеть  дороги, и горы, и  реки, и хранить
эти рисунки в своей  памяти, пока не наступит удобное время перенести  их на
бумагу. Быть может, однажды, когда ты будешь землемером  и мы будем работать
вместе, я скажу тебе:  "Проберись за те горы и посмотри, что лежит за ними".
А кто-нибудь  скажет: "В тех горах живут  злые люди,  и они убьют землемера,
если он будет с виду похож на сахиба". Что тогда?
     Ким задумался: "Не опасно ли ходить в той же масти, что и полковник?"
     -- Я передал бы вам слова того человека.
     -- Но если бы я ответил: "Я дам тебе сто рупий за сообщение о  том, что
находится по ту  сторону гор, -- за рисунок какой-нибудь  речки  и кое-какие
сведения о том, что говорят люди в деревнях"?
     -- Почем  я знаю?  Я еще мальчик. Подождите,  пока я стану мужчиной. --
Но, заметив, что полковник нахмурился, он продолжал: -- Думаю, впрочем,  что
я через несколько дней заработал бы эти сто рупий.
     -- Каким путем?
     Ким решительно покачал головой.
     -- Если  я скажу, каким образом я  их заработаю,  другой  человек может
подслушать это и опередить меня. Нехорошо отдавать знание даром.
     -- Скажи теперь, -- полковник  вынул рупию. Кимова рука потянулась было
к ней и вдруг опустилась.
     -- Нет, сахиб, нет. Я знаю, сколько  будет  заплачено за  ответ,  но не
знаю, почему задан вопрос.
     -- Так возьми  ее в подарок, -- сказал  Крейтон, бросая  ему монету. --
Нюх  у  тебя хороший. Не допускай, чтобы его  притупили  у св. Ксаверия. Там
многие мальчики презирают черных людей.
     -- Их матери были  базарными женщинами, -- сказал Ким. Он хорошо  знал,
что нет ненависти,  равной той, которую питает метис к своему единоутробному
брату.
     -- Правильно, ты  сахиб и сын сахиба. Поэтому никогда  не позволяй себе
презирать  черных  людей.   Я  знаю  юношей,  только   что  поступивших   на
государственную службу и притворявшихся, что они не понимают языка и обычаев
черных людей. Им снизили  жалованье за такое невежество. Нет греха большего,
чем невежество. Запомни это.
     Несколько раз в течение этой  поездки на юг, тянувшейся целых  двадцать
четыре часа, посылал полковник за  Кимом и всякий  раз подробно развивал эту
последнюю мысль.
     "Значит, все мы -- звенья одной цепи, -- сказал себе, наконец, Ким,  --
полковник, Махбуб Али и я, когда стану землемером. Вероятно, я  буду служить
ему,  как служил Махбубу Али.  Прекрасно, если это позволит мне вернуться на
Дорогу. Одежда моя не становится удобней от того, что ее носишь долго".

Следующая

105 >