69 >

черту! Доктор, какие признаки у холеры?
   Я  терпеливо  слушал,  как  она  подробно описывала свой приступ, затем
уверил  ее,  что  именно  это и были те самые симптомы и холера никогда не
повторяется.  Да  зачтется  мне  это.  Женщина успокоилась, но минут через
десять вскочила с проклятием и завопила: "Не хочу, чтобы меня похоронили в
Гонконге!  Как  это  страшно!  Когда умру... от холеры... отвезите меня во
Фриско. Ты слышишь, доктор?"
   Я  все  слышал  и  обещал.   Во  дворе  уже  посвистывали  птицы,  и  в
предрассветных сумерках обрисовались жалюзи окон.
   - Эй, доктор! Ты знал Кору Перл?
   - Слышал о ней.
   Я  спрашивал себя,  уж  не  собирается ли  моя пациентка целую вечность
ходить по комнате, заламывая руки, устремив глаза в потолок.
   -  Да,  -  снова  завела  она невыразительным шепотом, - молодой Дюваль
застрелился на ее циновке и забрызгал все кровью. У тебя есть револьвер? У
Савиля  был.  Ты  знал  Савиля?  Он  был  моим  мужем  в  Штатах. Ведь я -
англичанка.  Вот кто я такая. Давай откроем бутылку. Я так перенервничала.
Что, не следовало бы? Да катись-ка ты... Ах да, я совсем забыла, ведь ты -
доктор. Лучше скажи, что помогает от холеры? Скажи!
   Она  пересекла  комнату,  подошла  к  окну и, положив руку на задвижку,
выглянула  на  улицу.  Железка  застучала по раме, потому что рука женщины
дрожала.
   -  Посмотри,  Кэт  уже  готова,  полнехонька.  Пьет  и пьет. Видишь эти
отметины на плече? Их оставил мужчина, джентльмен, позапрошлой ночью. И не
падала  я ни на какую мебель! Он дважды ударил меня тростью. Зверь! Будь я
набравшись,  то  вытряхнула  бы  из него пыль. Я ушла на веранду и плакала
так, что сердце разрывалось на части. Скотина!
   Она   снова  заходила  по  комнате,  лаская  ушибленное  плечо,  словно
домашнего зверька, и не переставая поносила обидчика. Вскоре на нее словно
нашло  оцепенение, но даже во сне она продолжала стонать и проклинать того
человека. Потом она звала свою ама*, чтобы та пришла и перевязала рану.
   В  забытьи она была привлекательной, и все же ее рот подергивался, а по
телу пробегали судороги. Покой так и не снизошел на нее.
   Когда  настал день, эта женщина проснулась с ужасной головной болью, ее
била дрожь, покрасневшие глаза с дряблыми веками блуждали.
   Да,  я  действительно  повидал  Жизнь,  но  мне было не до веселья. Так
сказать,  нажив  капитал на страданиях этой женщины, я наравне с подобными
мне чувствовал себя виноватым в ее падении.
   Потом  эта  женщина  изощрялась  во  лжи. По крайней мере так мне позже

Следующая

69 >