67 >

Запада,  где они "выступали" во второсортных заведениях и развратничали на
все   лады.  Они  стрекотали  как  сороки,  опрокидывая  рюмка  за  рюмкой
тошнотворную  жидкость,  которая своим запахом отравляла воздух в комнате.
Когда  они  говорили  на  трезвую  голову,  все выглядело забавным, однако
спиртное постепенно делало свое дело, и вот - маски были сброшены, и из их
уст  потекла  брань  с  поминанием всех святых, главным из которых был сам
Обидикут*.  Многие  слышали, как ругается белая женщина, а кое-кто - и я в
том  числе - нет. Это настоящее откровение, и если вы не слетите со стула,
то сможете поразмыслить о многом, что имеет ко всему этому отношение.
   Усевшись в кружок,  девицы кляли белый свет, пили, несли всякую чепуху,
и тогда я догадался,  что все это и есть та самая Жизнь, а чтобы возлюбить
ее, надо немедленно убираться прочь.
   Конечно,  тут  не обошлось без молодчика, который вкусил один-два плода
жизни  и  которого эти девицы могли бы надуть в два счета, стоило им этого
только  захотеть.  Позже  они  действительно продали его ровно за столько,
сколько он сам за себя назначил, и я стал свидетелем немой сцены. Конечно,
самый  верный  способ  оказаться  в  дураках  - это понимать, что творится
вокруг.
   Наступил  антракт,  а  потом  возобновились  вой  и  крики, принимаемые
публикой  за  доказательство  радости и веселья, которые якобы сопутствуют
Жизни.
   Я  прошел  в  другое  заведение.  У его хозяйки не было половины левого
легкого  (это  выдавал кашель), но все же она казалась по-своему забавной,
пока  тоже не сбросила маску и не принялась за свое. Все эти шуточки я уже
слышал. До чего жалко выглядит Жизнь, которая не может выкинуть новенького
коленца.  Мой  спутник  сбил  шляпу  еще дальше на затылок и в который раз
объяснил, что он - настоящий чиппи и его не проведешь.
   Каждый,  у  кого  голова нечугунная, на следующее утро почувствует себя
"настоящим   чиппи"  после  стакана  подсиропленного  шампанского.  Теперь
понимаю,   почему  мужчины  оскорбляются,  когда  им  подносят  сладенькую
шипучку.
   Второе интервью завершилось тем, что хозяйка грациозно "прокашляла" нас
в  коридор, а оттуда - на молчаливую улицу. Эта женщина была действительно
больна и сказала, что жить ей - всего четыре месяца.
   - И  мы  собираемся посещать эти пошлые приемы всю ночь?  -  спросил я,
оказавшись у  двери уже четвертого заведения,  так как опасался повторения
пройденного трижды.
   - Во  Фриско  куда  лучше.  Но  надо  же  развлечь девочек.  Пойдем-ка,

Следующая

67 >