224 >

         рассказывает о том, как я поймал лосося в реке Клакамас

                                Сраженье, скачка не за тем, кто посильней,
                                    резвее нас; всем равный выпадает шанс.

   Вот  это  жизнь!  Да  поглотит теперь  море  Американский континент!  Я
получил от него все самое лучшее,  и это не доллары, любовь или недвижимое
имущество. Послушайте мой рассказ, джентльмены из Пенджабского рыболовного
клуба,  вы,  исхлеставшие спиннингами просторы Тави, и те, кто в поте лица
занимается импортом форели в Утакаманде! Я поведаю, как старина Калифорния
и я отправились на рыбную ловлю, и вы сгорите от зависти.
   Мы вернулись из Далласа в  Портленд той же дорогой.  En route пароходик
останавливался у  одной из лососевых мельниц,  чтобы забрать ночной улов и
доставить его на  заводик,  который стоял ниже по течению.  Когда владелец
мельницы сказал, что это две тысячи двести тридцать фунтов живой рыбы ("не
слишком большой улов"),  я  ему не поверил.  Однако,  когда начали грузить
ящики,  я  насчитал сотни  рыбин  -  огромные еще  живые  лососи фунтов на
пятьдесят,   десятки  двадцати-тридцатифунтовых  экземпляров  и  множество
мелочи.
   Позже  на  пустынном  плёсе  пароходик  причалил к грубому бревенчатому
складу  на  сваях  и  стал  разгружаться.  Я пошел вслед за рыбой вверх по
запачканному  чешуей,  скользкому  настилу,  который  вел  внутрь  завода.
Немыслимая  постройка  сотрясалась от грохота работающих машин. Сверкающая
гора   металлических   обрезков  обозначала  место,  куда  бросали  отходы
баночного производства.
   Здесь  работали  только  китайцы. В потоках солнечного света, лежавшего
пятнами  на  полу,  они  походили на желтых дьяволов, забрызганных кровью.
Когда прибыл груз, грубые деревянные ящики стали сваливать в чаны с водой.
Ящики  разваливались  сами собой, и лососи заструились словно поток ртути.
Китаец  поддел  двадцатифунтовую  рыбину и отрубил ей голову и хвост двумя
быстрыми  ударами  ножа,  третьим  -  освободил  лосося от внутренностей и
швырнул  в резервуар, обагренный кровью. Обезглавленные рыбины выскакивали
из-под  рук  с  такой  быстротой,  как неслись по стремнине. Другой китаец
вытаскивал  рыб  из чана и швырял под резак какого-то устройства, похожего
на соломорезку и разрубавшего их на неприглядные багровые куски под размер
банок.  Несколько  китайцев  желтыми  заскорузлыми пальцами запихивали эти
куски в банки, и те скользили дальше, к чудесной машине, которая запаивала

Следующая

224 >