Редьярд Киплинг. От моря до моря - Глава XXIII
196 >
Как из-за собственной глупости я присутствовал при совершении убийства и
до смерти испугался; правление демократии и деспотизм чужестранцев
Бедняга человек - созданье божье и так далее!
Дело получилось скверное. Единственно, что утешает меня, - я сам во
всем виноват. Мне показали китайский квартал, а на самом деле - один из
административных районов Кантона, который перенесли в подходящую деловую
часть Сан-Франциско. С присущим им умением китайцы обзавелись добротными,
несгораемыми кирпичными зданиями и, следуя своим инстинктам, запихали в
каждое по сотне душ, которые влачили там жалкое существование в грязи и
убожестве. Оценить последнее можете только вы, живущие в Индии.
Казалось бы, беглого осмотра вполне достаточно, но я захотел узнать,
как глубоко "поднебесные" пустили свои корни, и решил исследовать
китайский квартал вторично, и на этот раз в одиночку, что было весьма
неосмотрительно. Никто не мешал мне передвигаться по грязным улочкам (если
бы не морские бризы, Сан-Франциско, очевидно, ежегодно страдал бы от
эпидемий холеры), хотя многие встречные просили cumshaw*. Потом я
наткнулся на четырехэтажное здание, переполненное китайцами, и нырнул в
эту нору. Говорят, что подобные обиталища строятся по принципу айсберга,
то есть на две трети они спрятаны под землей.
Я пробирался мимо китайцев, которые спали на нарах или курили опиум,
мимо борделей и игорных притонов, пока, заблудившись в лабиринте этого
крольчатника, не достиг второго подвального этажа.
Китайская мудрость не знает границ. Во время народных волнений толпа
может стереть этот дом с лица земли, и все же он укроет своих обитателей
за железными дверями и воротами в подземных галереях, которые выложены
кирпичом и укреплены бревенчатыми балками.
Кто-то попросил cumshaw и проводил меня в нижний подвал, где воздух был
густ, как масло; горящие лампы прожигали в нем дыры не более квадратного
дюйма в поперечнике. Там собрался покерный клуб. Игра была в полном
разгаре. Китаец обожает "покел", играет довольно искусно, а проигрывая,
ругается по-кошачьи. Картежники сидели вокруг стола, почти все были одеты
наполовину по-европейски и прятали косички под шляпами. Один из них
выглядел евроазиатом, хотя мог оказаться и мексиканцем. Расспросы
подтвердили эту догадку. Живописная компания напоминала благовоспитанных
дьяволов, которые слишком увлеклись игрой, чтобы обратить внимание на
