151 >

кипарисов.  Потом  мои  глаза  остановились  на  синеватой  вершине  горы,
обрамленной полосами нерастаявшего снега. Отель стоял у ее подножия, и был
месяц  май. Затем мимо пролетел воробей, держа в клювике соломинку, потому
что  он  был  занят постройкой гнезда, - и я догадался, что в Никко пришла
весна. Там, у нас в Индии, можно совершенно забыть о смене времен года.
   Затем  передо  мной  предстало  около шестидесяти идолов со скрещенными
ногами.  Они  торжественно  выстроились  в  ряд  на  берегу  ручья,  и мои
неискушенные  глаза опознали небольшие изваяния Будды. Лишаи покрывали их,
словно  налетом  проказы,  и  все же они сохраняли величественную осанку и
немигающий  взгляд  Лорда  Этого  Мира.  Однако это были не Будды, а нечто
иное.  Возможно,  эти  фигуры  служили когда-то подношениями знатных людей
монашеским  организациям  либо  их  ставили  в  память о предках. Впрочем,
путеводитель  все  вам  расскажет.  Фигуры  напоминали  сборище призраков.
Вглядевшись  внимательнее,  я  увидел, что идолы все же отличаются друг от
друга. Многие держали в сомкнутых руках кучки речных камешков. Наверно, их
положили  туда  набожные  люди.  Когда я спросил у прохожего, что означают
такие  странные подношения, тот ответил: "Эти достойные образы - божества,
которые  играют  с  детьми  на  небесах.  Для того чтобы они не забывали о
ребятишках, им и кладут в руки камешки".
   Право, не знаю, говорил ли незнакомец правду, но я предпочитаю верить в
эту  сказку  так  же слепо, как в евангельские истины. Только японцы могли
изобрести божество, которое играет с детьми. Я посмотрел на идолов другими
глазами,  и  они  перестали  быть для меня "греко-буддийской" скульптурой,
превратившись  в близких друзей. Я добавил большую кучку камешков к запасу
самого  веселого  из  них.  Его  грудь  была  украшена  небольшими  узкими
полосками  бумаги  с  напечатанными  на  них  молитвами, что придавало ему
сходство с пожилым пастором с сомнительной репутацией, у которого пришли в
беспорядок ленты воротника. Чуть выше по течению возвышалась грубая скала,
в  ней  было  высечено  что-то похожее на синтоистскую кумирню. Но я сразу
узнал  индуистскую  реликвию  и  даже  попытался отыскать глазами знакомые
красные  мазки на гладких камнях. На другой, плоской скале, нависавшей над
водой,  красовались какие-то надписи на санскрите*, отдаленно напоминавшие
знаки  на тибетском молельном колесе*. Честно говоря, я плохо разбираюсь в
этом  и  все  же радовался тому, что со мной не было путеводителя. Потом я

Следующая

151 >