132 >

    О природе Токайдо и строительстве железных дорог; о том, как некий
путешественник объяснил суть жизни саиба-чурбана, а другой - происхождение
   игры в кости; рассказывает о ребятишках в лохани и человеке в белой
                                 горячке

                               Направляясь в ад, я поговорил с путником на
                               дороге.
                                                         Древняя поговорка

   Вам   известен   анекдот   про   шахтера,   который   раздобыл   где-то
энциклопедический  словарь,  а  возвращая его, заметил, что все рассказы в
книге  в  общем-то  интересные,  но  слишком уж разные. У меня аналогичная
жалоба  на японский ландшафт: двенадцать часов сплошных пейзажей по дороге
поездом  из  Нагой в Иокогаму! Лет семьсот назад некий верховный правитель
выстроил  приморскую  дорогу,  которую  назвал  Токайдо  (может  быть, так
называлась  эта  часть  побережья, что, впрочем, не имеет значения), и она
сохранилась  до  наших  дней.  Когда  там  появился английский инженер, он
старался   придерживаться  великой  магистрали  -  так  возникла  железная
до-рога,  перед  которой  могла бы снять шляпу любая нация. Заключительный
участок  сквозной  линии Киото - Иокогама был открыт за пять дней до того,
как  мы  с  профессором  почтили ее своей неофициальной инспекцией. Многое
предусмотрено  ради  благополучия  японского  пассажира,  и  это  -  сущее
бедствие   для  иностранцев.  Ведь  последние  надеются  найти  в  вагоне,
отдаленно  напоминающем  подвижной  состав  "И.Ай.А."*,  все  удобства той
горохово-зеленой   и   пыльной  линии.  Однако  это  "многое"  великолепно
устраивает  японцев;  они  выскакивают  из  вагонов  чуть  ли не на каждой
станции  pro  re  nata*  и, случается, отстают от поезда. Два дня назад на
этой  линии  умудрились  погубить  высокопоставленного  правительственного
чиновника,  которого  прижало  к  платформе  подножкой  вагона,  и  сейчас
японские газеты много и серьезно пишут о преимуществах уборных. Я далек от
мысли,  чтобы  вмешиваться  в  дела  сей  артистичной  империи, однако для
двенадцатичасового путешествия все же должно быть кое-что предусмотрено.
   В  предгорьях  мы  расстались  с  полями,  где  было тесно от различных
культур,  и  мчались  теперь  берегом  большого озера, которое во всю ширь
отливало   сталью,  за  исключением  тех  мест,  где  по  его  поверхности
рассыпались островки. Затем озеро превратилось в лагуну, и мы пересекли ее

Следующая

132 >